Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

1948

Александр Иванович Куприн (1870-1938).

kuprin_1913_otcuppetr

kuprin_w

Фото ателье Карла Буллы. 1913.

"Однажды меня приняли за Куприна. Дело было так. Выпил я лишнего. Сел тем не менее в автобус. Еду по делам. Рядом сидела девушка. И вот я заговорил с ней. Просто чтобы уберечься от распада. И тут автобус наш минует ресторан "Приморский", бывший "Чванова". Я сказал:
- Любимый ресторан Куприна! Девушка отодвинулась и говорит:
- Оно и видно, молодой человек. Оно и видно".
Сергей ДОВЛАТОВ.

Collapse )

В Гатчине не сохранился "зелёный домик", где жил Александр Иванович Куприн, зато остался замок его закадычного друга - выдающегося художника Павла Егоровича Щербова. Фото 1970 года.
1948

Про ёжика

Когда я был школьником, сосед Виталик взял к себе на лето из школьного живого уголка ёжика.

Оказалось, что это существо какое-то суматошное и... очень вонючее.

А они во флигеле жили и над ними был чердак, как бы ихний.

Туда и поместили ёжика.

А потом Виталик договорился в летнем пионерском лагере в ЦПКиО имени С.М.Кирова, что отдаст им ёжика.

И повез питомца туда на двенадцатом трамвае.

А когда проезжали мимо цирка на Фонтанке, ёжик из трамвая сбежал. Тогда многие трамваи были с открытыми площадками - двери там, конечно, были, но открывались-закрывались вручную. Вот ёжик и убёг - поближе к хищникам.

Мне это почему-то вспомнилось, когда прочитал потешный рассказик Григория Горина.

Вот.

Оригинал взят у anton_klyushev в Григорий Горин. - Ёжик. История о напрасной суете
Папе было сорок лет, Славику — десять, ежику — и того меньше.
Славик притащил ежика в шапке, побежал к дивану, на котором лежал папа с раскрытой газетой, и, задыхаясь от счастья, закричал:
— Пап, смотри!
Папа отложил газету и осмотрел ежика. Ежик был курносый и симпатичный. Кроме того, папа поощрял любовь сына к животным. Кроме того, папа сам любил животных.







— Хороший еж! — сказал папа. — Симпатяга! Где достал?
— Мне мальчик во дворе дал, — сказал Славик.
— Подарил, значит? — уточнил папа.
— Нет, мы обменялись, — сказал Славик. — Он мне дал ежика, а я ему билетик.
— Какой еще билетик?
— Лотерейный, — сказал Славик и выпустил ежика на пол. — Папа, ему надо молока дать..




Collapse )



Gorlun

Михалков до мозга костей...

«17 марта 1983 г.
Вчера за мной заехал Андрон, и мы отправились на дачу. Он предупредил Аллу (жену Ю. М. Нагибина. – Сост.), что ничего, кроме гречневой каши, есть не будет, поскольку обожрался на отцовском банкете. Алла учла это и приготовила громадное блюдо рябчиков с жареной картошкой, кроме того были овощи, обжаренная в сухарях капуста, мороженое и кофе. Да и гречневая каша, к которой Андрон не притронулся. Он налег на рябчиков и сожрал не меньше восьми штук, в той же раблезианской манере разделался с овощами, капустой, мороженым, кофе, хорошо пил коньяк, но наотрез отказался от сушеной дыни, прочтя нам целую лекцию о несовместимости дыни с другими харчами. В обаянии ему не откажешь. И он, конечно, умен, довольно культурен, разогрет неустанной заинтересованностью в происходящем. Если б он не был Михалковым, я решил бы, что он не бытовой человек, Но поскольку он Михалков до мозга костей, этого быть не может, просто сейчас он глубоко запрятал свою бытовую алчность. Надо решать другие задачи».
(Ю. Нагибин. Дневник, М., 1996, стр. 479-480).
Запородци

На полях гранинских мемуаров

Гранин в новой книжке «Причуды памяти» вспоминает Куртынина. Михаил Степанович был редактором «Ленинградской правды» - Гранин называет его «главным редактором». Но это сейчас в любой многотиражке –редактор обязательно «главный», тогда, и то там в словами не бросались, тогда таковые были только в журналах или цековских изданиях «Правде», «Сельской жизни» и проч. – и то там писали обтекаемо – «редакционная коллегия».

Куртынина, напоминает Гранин, сняли за статью Лихачева о защите от вырубке заповедных парков в Пушкине и Петродворце.

Я пришел в «вечорку», когда вместо Куртынина в «Ленправде» был бывший помощник Романова Варсобин. никогда его не видел, хотя он меня брал на работу и даже выписал временное удостоверение…

Но вот Куртынин…

Моё вечоркинское начальство почему послало меня на его… похороны. До сих пор не знаю – чем оно руководствовалось.

А с Куртыниным, мне рассказывали, был связан забавный случай.

На Фонтанке – между БДТ и бывшим при царе Министерством внутренних дел – а при советской власти – типографии Володарского – соорудили так называемый Дом прессы – Лениздат и почти все городские газеты.

«Вечорка» и «Смена» сидели на первом и втором этажах, а «Ленинградская правда» - на третьем. Там же на площадке располагался буфет, снабжавшийся от «Метрополя».

И там свободно продавались вино, водка, коньяк…

Бывало, столкнется какой-нибудь завотделом в коридоре с корреспондентом, начнет чего-нибудь занудное втолковывать и вдруг:

- А чего это от тебя пахнет?
- Да я тут в наш буфет заходил…
- А-а, ну так вот, ты там пишешь…

Вход в Дом прессы был до поры до времени свободным. Охраны не было.

И вот разные старые большевики стали жаловаться в Смольный, что у Куртынина там бардак – продают спиртное в разгар рабочего дня.

Смольный Куртынину указал.

И Куртынин принял решение: он запретил… пускать старых большевиков и вообще посторонних в редакционный буфет!

А само здание находилось под эгидой «Лениздата» - его директор Леонид Попов – тучный и всегда краснолицый – демократично ходил обедать в рабочую столовую, садился там за стол близ раздачи и ему тут же подносили стакан коньяка.

Не помню, сам ли он помер или его спровадили на пенсию, но после него Романов назначил смольнинского функционера по фамилии Становой.

Для Станового это было страшное понижение.

Первое, что он сделал – поставил на всех входах-выходах милицейские посты.

К нам часто приходил поэт Михаил Дудин – он дружил со «спортсменом» Семёновым.

И тут же соорудил прибаутку. Помню только концовку:

- Станового от работы защищает постовой!

Самое прискорбное, что когда этот Становой скоро во цвете лет умер (разжалованные Романовым чиновники долго на этом свете не засиживались) меня опять послали его хоронить! Хотя я с ним даже словом не перемолвился – вот такая была карма…
obereg

Погоня за «Красным Октябрём»



Воскресный день, часу в шестом мы вышли на прогулку... Литавры громыхали, гудел бульвар, и Чистые пруды чем-то напомнили пруды Патриаршие...

Вдруг два незнакомца показались на аллее.

- За то, что вы нас сфотографировали - вы подвергаетесь одариванию сластями.

И вручили нам три конфеты. Нет, это были не аэрофлотовские леденцы, и вовсе даже не "Белочка", а приторный
"Lindt".

Благодетели исчезли в сени струй, фонтанирующих вкруг Абая. Мы же впали в задумчивость - кого же нам напоминают незнакомцы?

einem_workers

Москва избавилась от сладких женщин – фабрику «Красный Октябрь» занесли в реестр непрофильных активов и намереваются избавиться от неё. Прямо как Янковский от Гундаревой в известном кинофильме по повести Ирины Велембовской.

...помню, как отмечался полуторавековый юбилей ОАО «Московская кондитерская фабрика «Красный Октябрь». Множество поздравлений, благодарностей... И в трубадурных речах отмечалось главное (для той поры!): в условиях жестокой конкуренции фабрика выпускала продукцию высочайшего качества, оставаясь при этом истинно российским предприятием.

Но это уже в прошлом. Поскольку собственных средств для развития актива не хватает, предприятие намерены перепродать мировым лидерам. Об этом извещал журнал «Однако» - «Москва продаёт конфеты» - «О намерении продавать непрофильные активы, облепившие администрацию мэрии, «как ракушки корабль», С.С.Собянин объявил еще в феврале 2011 года.

Услада, наслажденье, сласть – казалось, этим руководствовались толстосумы минувшего времени, а между тем, обременяя город своими непрофильными активами, они радели только лишь о том, чтоб свою мошну наполнить под самую завязку…
Collapse )
В 2007 году цеха «Красного Октября» были выведены из центра Москвы. Новое здание для фабрики площадью 48 тысяч кв. м было построено на Малой Красносельской улице, производственные мощности здесь выросли на 45 %.

И вот непрофильные активы изымаются из оборота – начинается новая глава истории производства.
barrimord

Понравилась Леше одна девочка...

«Понравилась Леше одна девочка - очень красивая. Очень-очень! Он подошел к ней и говорит: - Давай дружить! И они пошли гулять во дворе. Гуляли, гуляли - а было жарко - вздохнула девочка

- Эх, если бы сейчас мороженого!

Услышав такие слова, Леша, конечно, сразу превратился в эскимо на палочке. И девочка его съела. Она даже не заметила, что Леша куда-то пропал. Выкинула она палочку и пошла на танцы. А палочка тихо превратилась в грустного Лешу, вздохнула и пошла к маме.

Больше Леше не нравилась эта девочка, нравилась другая...»
(http://c-cedov.narod.ru/liosha.htm).

Как извещает «Независимая газета», вышла новая книжка Сергея Седова.


zona_militare

Страничка поэзии

МАЯКОВСКИЙ
(Последняя ночь государства Российского)

Как смертникам жить им до утренних звезд,
И тонет подвал, словно клипер.
Из мраморных столиков сдвинут помост,
И всех угощает гибель.
Вертинский ломался, как арлекин,
В ноздри вобрав кокаина,
Офицеры, припудрясь, брали Б-Е-Р-Л-И-Н,
Подбирая по буквам вина.
Первое - пили борщи Бордо,
Багрового, как революция,
В бокалах бокастей, чем женщин бедро,
Виноградки щипая с блюдца.
Потом шли: эль, и ром, и ликер -
Под маузером всё есть в буфете.
Записывал переплативший сеньор
Цифры полков на манжете.
Офицеры знали - что продают.
Россию. И нет России.
Полки. И в полках на штыках разорвут.
Честь. (Вы не смейтесь, Мессия.)
Пустые до самого дна глаза
Знали, что ночи - остаток.
И каждую рюмку - об шпоры, как залп
В осколки имперских статуй.
Вошел
человек
огромный,
как Петр,
Петроградскую
ночь
стряхнувши,
Пелена дождя ворвалась с ним.
Пот
Отрезвил капитанские туши.
Вертинский кричал, как лунатик во сне:
"Мой дом - это звезды и ветер...
О черный, проклятый России снег -
Я самый последний на свете..."
Маяковский шагнул. Он мог быть убит.
Но так, как берут бронепоезд,
Воздвигнулся он на мраморе плит
Как памятник и как повесть.
Он так этой банде рявкнул: "Молчать!" -
Что слышно стало:
пуст
город.
И вдруг, словно эхо, в дале-е-еких ночах
Его поддержала "Аврора".

Михаил Кульчицкий
12 декабря 1939
zona_militare

Нихуяжев и другие

Довелось тут вступить в вербальные сношения с одной женщиной грузинской национальности. Вообще-то она жила во Владикавказе, но там жило много народностей. Родители ее были грузинами.
Collapse )